• Поиск по сайту

Это интересно!

С.И. Демидов. О туризме: перспективы и реальность


Развитие индустрии туризма играет важную роль в решении ряда социальных проблем. Например, способствует повышению уровня образования и общей культуры региона, созданию новых рабочих мест,  внедрению новых средств распространения информации. Кроме того, развитие туризма оказывает стимулирующее действие на различные секторы экономики, способствует увеличению поступлений средств в бюджет. Но все ли безоблачно и очевидно в это сфере?

Своими размышлениями о развитии туризма в нашем регионе делится заведующий естественно-историческим отделом Тульского областного краеведческого музея Сергей Иванович Демидов. 

«Эти мои размышления представляют собой своеобразный отклик на многочисленные проекты, предложения и заседания, происходящие в последнее время в нашей городе. Внимание областной администрации к развитию туризма радует, питает надежды. Кажется, что вот-вот дело сдвинется с мертвой точки, и тот культурно-исторический потенциал и природные ресурсы Тульского края будет реализован в полной мере. Кажется, что, наконец-то наши руководители поняли, что наш край может развиваться не только за счет промышленности. Есть надежды, что может быть через развитие туризма удастся переломить ситуацию с объектами культурного и природного наследия, которые будут осознаны, наконец, как нечто нужное и прекратится то пренебрежение и наплевательское отношение к ним. Хочется также верить в то, что мнения, знания, умения активных жителей края, общественности, профессионалов и специалистов будут услышаны и учтены. 

В последнее время много говорится и пишется о федеральном проекте «Русские усадьбы», куда, как говорят, включены и тульские усадьбы. Обещанное федеральное финансирование активизировало активность чиновников. Об этом буду говорить и я. Разговоры вокруг этого проекта стали весьма показательны для развития тульского туризма. При всех многочисленных разговорах и планах остается очень много вопросов о путях его развития у нас. Вопросов, ответы на которые, как мне кажется, очень важны для правильного его развития. Без их решения никак не добиться результатов и никак перейти из стадии совещаний и заседаний в стадию конкретной и практической работы. И таких вопросов масса и ответов на них наши руководители, похоже, не знают. И никакие самовосхваления, обещания эффективности проекта не создадут уверенности в правильности выбранного пути, подходов и планов. Можно сколько угодно говорить и писать о высокой эффективности проекта «Русские усадьбы», обещать, что он затмит собой «Золотое кольцо», но это все не серьезно и представляет собой не более чем обычную шумную пиар-кампанию, газетную шумиху, вызывающую у реально мыслящих серьезных и неравнодушных людей,  как минимум, улыбку и, как максимум, возмущение некомпетентностью и непрофессионализмом тех, кто вешает об этом, обещая превращение Тулы и Тульского края в туристическую Мекку. Сразу же вспоминаются бендеровские Нью-Васюки. Великий комбинатор точно также, даже не задумываясь о смысле сказанного, вещал о светлом будущем. Есть и тульский пример Вспоминаются недавние обещания включить тульский кремль в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО и путеводители по мировому туризму. Как бы не случилось точно также и с «Русскими усадьбами». 

Итак «Русские усадьбы». У тульского областного правительства возникло намерение развивать усадьбы именно туризмом. Но почему именно через туризм? Разве невозможно развивать их через другие проекты? Почему так априорно считается, что наши усадьбы могут вызвать интерес туристов, могут быть им крайне интересны? Почему, к примеру, нельзя возродить старую усадьбу как местный культурный центр? Наряду с «Русскими усадьбами» ведь есть и другая федеральная программа по возрождению сельских клубов. У нас, почему сразу же ухватились за модель советского сельского клуба, даже не пожелав подумать о том, что местный культурный центр на селе совсем не обязательно должен представлять собой давно уже почивший советский сельский клуб с библиотекой, колхозными собраниями, танцами и дискотеками с последующим за ними мордобоем. Сколько уже писалось о неэффективности такой культурной модели вообще и для села в частности. Но мы опять идем по этому пути. Идем даже не желая подумать, что история русской (и тульской тоже) усадьбы дает много примеров когда именно усадьба становилась культурным центром для данной округи. Думать нам некогда и не зачем. Мы не знаем ни истории усадебной культуры, ни истории советской культуры. И, похоже, знать не хотим. А если знали и хотели, то вполне бы могли додуматься что возрождение культуры села, возможно, и на основе восстановления местных усадеб именно как культурных центров. Нам гораздо проще построить новое здание для клуба, чем восстановить разрушенную и заброшенную усадьбу для размещения клуба там. Ну ладно, туризм так туризм. Но здесь новый вопрос: а что собственно мы вообще хотим от туризма, зачем нам его развивать в Тульском регионе? Туризм в регионах нужен для их возрождения, для того, чтобы возвратить жизнь местным культурных и природных объектам и чтобы, таким образом, найти и реализовать новый потенциальный ресурс развития региона и получать таким путем экономическую прибыль. Такой путь давно уже известен и во многих странах и в некоторых регионах нашей страны применяется. Это правильно, это мудро, ибо дает возможность развивать регион как уникальную и неповторимую территорию, искать и развивать новые возможности для развития региона и, привлекая уникальностью и неповторимостью туристов, получать прибыль от туризма. Это социально ориентированный бизнес, действующий по принципу американского бизнеса, родившемуся в США еще, если не ошибаюсь, в 60-х годах прошлого века: «найди потребность, удовлетвори ее и получи прибыль». Это - принцип нормальной рыночной экономики. Но в Туле, к моему глубокому огорчению, крайне мало лиц, понимающих принимающих и реализующих на практике этот подход к развитию туризма. Очень удивляет, что этого не понимают даже многие управленцы и менеджеры, закончившие весьма уважаемые учебные заведения. 

Господствует у нас подход к туризму совсем иной. Его идеологи выдвинули иной принцип: «туризм - это не культурное наследие, это - экономика». Казалось бы, абсурд полный и всем понятно, что если нечего показать и не на что смотреть, то вряд ли турист поедет в это место. Но ведь нет. Почему считается, что турист - это некое неразумное существо, которое достаточно легко обмануть, привлечь, заманить, «толкнув» ему придуманную историю, раздутый на пустом месте «бренд», наскоро сколоченный макет старой крепости или, что чаще, наскоро сколоченный деревянный (или не деревянный) дом, с девушкой в сарафане в качестве официантки. И совсем не нужно мучиться поисками местного колорита и уникальности. Турист ведь едет гулять, и поэтому ему всего лишь нужны гостиница, ресторан и зрелища, даже не важно какие. Из зрелищ практически везде туристам предлагается фотографирование в неких претендующих на историчность костюмах (или с людьми в таких костюмах), забавы в виде так называемых кушаний народной кухни, иногда стрельба из оружия, очень часто катание на лошадях, так называемые военные забавы в виде современных гладиаторов. К этому можно еще добавить продажу «местных» сувениров - каких-то фенечек с придуманной на пустом месте местной спецификой. И, пожалуй, все. И здесь вполне закономерный вопрос: стоит ли ради всего этого ехать в какой-то новый регион, если все это турист уже видел в другом месте? 

У нас очень распространена мысль, что туризм - это некое золотое дно, в котором можно легко, не напрягаясь и не вкладывая значительных средств быстро и легко добиться прибыли. Очень часто приходится слышать и читать, что у нас в Туле - единственное препятствие в развитие туризма - это отсутствие гостиниц, ресторанов и прочей индустрии туризма. Вот и строят на тульской земле «золотые города», центры развлечений, торгово-развлекательные центры. Но никак не музеи… Заинтересованные в этом, несомненно, есть. Это как крупный строительный бизнес, так и предприниматели, действующие в сфере развлечений и производящие различные сувениры и заинтересованные в их сбыте. Но все они по сути отношения к туризму не имеют и не заинтересованы в его долгосрочном развитии. Не будет спроса, не будет прибыли, они быстро займутся другим бизнесом. Характерно, что «золотой век» открытых развлекательных центров оказывается совсем не долговечным. Они быстро надоедают своим однообразием и закрываются. Но как это не удивительно, этой точки зрения зачастую придерживаются и те, кто принимает решения в этой сфере. Все это уже экономика не рыночная, а просто базарная и барахолочная. Для таких бизнесменов важно не удовлетворить спрос и потребность, а всего лишь, что то продать, «толкнуть» и сорвать поскорее «моржу», ничего толком не вкладывая. Это всего навсего психология маленького базарного торговца. Но эта психология у нас, к сожалению, начинает господствовать в понимании путей развития туризма. 

Но есть и третий подход - это стремление удовлетворить через туризм, какие то свои, личные или корпоративные интересы. Для них туризм - это всего лишь один из путей решения своих проблем и заботит их здесь не создание современного и конкретно способного турпродукта и не развитие туристической индустрии, а нечто совсем - совсем другое. Развивать этот сюжет дальше я не буду, дабы не сказать чего-то лишнего… 

У меня складывается впечатления, что наши тульские руководители уже определенно приняли чисто экономический подход к туризму, в котором видят всего лишь экономический аспект и считают, что начать его развитие в нашем регионе следует с раздачи объектов культурного наследия в аренду предпринимателям. Несмотря на то, что проблем в тульском туризме так много только об этом и шла речь на недавнем деловом завтраке. Там предпринимателей упорно уговаривали взять такие объекты (конкретно усадьбы) в аренду для восстановления. Характерно, что неудачный пример такого пути с усадьбой Мирковичей не убедил в нереальности этого пути. То ли они этого не знают, то ли знать не хотят. Согласитесь, это странно для людей искренне заинтересованных в развитии туризма и в настоящем восстановлении усадеб. 

Но что конкретного на сегодняшний день мы можем предложить предпринимателям? Ни по одной усадьбе на сегодня у нас нет четкого и ясного представления о том, что мы там желаем видеть, и как мы видим ее использование в будущем. Нет ни концепции восстановления, ни реального проекта с экономическим обоснованием, ни плана работ, ни даже примерной сметы затрат и расчёта инвестиций. Нам говорят, что все это есть. Но если это есть, то почему это нигде не опубликовано, ни где не обсуждалось, ни подвергалось экспертизе ведущих специалистов? Ведь дело то серьезное, так сказать федеральное. И деньги немалые надо сказать, даже в федеральном бюджете не лишние. Почему? 

Складывается впечатление, что ничего подобного нет. Пишу об этом так уверенно потому, что читая различные комментарии и интервью по этому вопросу замечаю, что организаторам проекта даже не известна общая ситуация с тульскими усадьбами, неизвестно даже их общее количество. Может быть, стоило все-таки начать работу с программой с того, что выявить все усадьбы, составить и опубликовать их каталог? Почему то такая мысль не пришла никому в голову. А уж про экономические расчеты и говорить нечего. 

Есть в лучшем случае, какие-то обрывочные и очень предварительные мысли, которые еще надо обдумывать. Именно такие мысли и называются теперь у нас концепциями. Разве можно назвать концепцией, например, предложение создать в Дубне в усадьбе Мосоловых музей истории тульской металлургии. Сразу же возникает очень весомое возражение: ведь Мосоловы не самые значимые металлурги на тульской земле и их Дубенский завод далеко не самый крупный и значимый завод у нас. Для этого более подходил бы тульский завод Демидовых на Тулице или даже Городищенские заводы Виниуса. И уж совсем не усадебный комплекс. Да и к тому же что же конкретного знаем мы о производственной деятельности здесь Мосоловых и да вообще об их жизни здесь? Самое слабое место - это отсутствие необходимой научной информации об усадьбах и их владельцах. Писали, что участникам завтрака раздали информацию об усадьбах. Позвольте, какую информацию? Кто и когда готовил эти справки? Какой информацией для их подготовки пользовался? Будучи осведомленным с состоянием изучения темы тульских усадеб могу сказать с уверенностью: ни по одной из усадеб сейчас нет достаточного объема исторической информации, необходимой для принятия обоснованного решения об их восстановлении и будущем использовании. Разумеется, можно сделать в них некие развлекательные центры, гостиницы, рестораны и т.д. Но разве они достойны только этого. Ведь сами же наши руководители так красиво говорят об их уникальности. Так почему же они не хотят думать о раскрытии и использовании этой уникальности. 

Требуется серьезная и кропотливая работа специалистов по сбору информации и изучению усадеб. И только тогда можно будет понять их уникальность и выявить ее. Здесь мне как музейному работнику, вспоминаются выдающиеся деятели нашего музейного дела С. Гейченко и В.П. Арзамасцев, создавшие действительно, уникальные музеи в усадьбах пушкинское Михайловское и лермонтовские «Тарханы». Сколько лет (всю жизнь!) потратил С.Гейченко на изучение пушкинской темы и мира Пушкина, сколько неожиданных бытовых и прочих деталей он обнаружил. Именно это дало ему возможность воссоздать действительно значимые для пушкинской темы объекты в Михайловском. Или внимательное и подробнейшее изучение истории усадьбы В.П.Арзамасцевым? Планы, документы, рисунки, воспоминания, археология. В итоге, каждый объект, каждый экспонат в Тарханах – это знак и образ, повествующий о Лермонтове. 

Нашим предпринимателям предлагают восстановить и даже реставрировать усадьбы. Да знают ли предлагающие, что такое настоящая реставрация? Как же возможна она есть недостаточно объективной исторической информации? О каком же воссоздании вы ведете, господа, речь, если практически ничего не можете сказать об истории, планировки усадьбы? При таком раскладе не возможно даже вести речь о реконструкции, так как это будет всего лишь новое строительство или того хуже некое фантазийное сооружение. А фантазия, знаете, у всех разная. Кто то нафантазировал у себя партизанскую деревню, кто-то буддистский «Золотой город». Я не против таких объектов, но если нечто подобное появится в какой нибудь исторической тульской усадьбе, которая. как признают все, уникальна, это будет уже преступление. 

В связи с реставрацией хочу обратить внимание и на другое. Реставрация без четкого представления о том, как это будет использоваться, как будет «жить» вообще принципиально неприемлема. Я уже не говорю о том, что она нецелесообразна экономически, ибо ведет к лишним финансовым и материальным затратам. Не целесообразнее ли сначала определить, что нам нужно для реализации нашей концепции использования усадьбы и реставрировать и восстанавливать именно это чем просто под чистую понастроить фантазийных сооружений по принципу «это должно было быть на усадьбе», а потом долго мучиться, чтобы там показать и как задействовать. Такая форма музеефикации «под музей» уже давно изжила себя. Нужна форма «как музей», но для этого нужно создать образ этого музея и создать его на основе исторически достоверной информации. 

Не решив всех этих вопросов все разом (или хотя бы и не разом), решают отдать в руки бизнесу и сказать бизнесу: «берите, что хотите, делайте, что хотите…» Не преступление ли это перед нашим культурным наследием? Ведь, чтобы не понять, что такой подход может нанести огромный ущерб, а то и просто уничтожить очень многие объекты нашего культурного наследия. Непрофессионализм так говорящих и думающих слишком очевиден, чтобы говорить о нем. Непонимание этого, слишком маленький багаж методов и подходов к решению проблемы - это тоже свидетельство непрофессионализма, только теперь уже лиц, считающих себя успешными экономистами и менеджерами. Я уже не говорю здесь о юридической стороне дела, о необходимости соблюдать законы. Опыт деятельности тульского Градостроительного совета, виртуозно обходящего юридические запреты и выдающего разрешения на новое строительство в исторических районах Тулы свидетельствует о широких возможностях обойти запреты. Этому же способствует и анемичная позиция по этим вопросам прокуратуры. 

Такое стремление отдать объекты культурного наследия в частные руки было бы вполне понятно и объяснимо, если бы речь шла о получении с них хорошей арендной платы. Но ведь в нашем случае речь идет о символической аренде в 1 руб. Так что тогда? Стремление управленцев как можно скорее отрапортовать об осуществлении проектов и выполнении федеральной программы? Всего-то навсего. И никакого туризма реально. Очень хочется ошибиться в таком выводе. Очень хочется верить, в то, что в гос. учреждениях еще люди, которые реально хотят развивать у нас туризм. Сохранить и использовать наше культурное наследие. 

Я совсем не против привлечения для возрождения усадеб бизнеса. Но привлекать его надо не по принципу «берите, что хотите, делайте, что хотите», а под конкретный, продуманный как содержательно, так и экономически проект. Идти и разговаривать с бизнесом (завтракать, обедать, ужинать) надо с конкретными проектами и расчетами. Только тогда предприниматель в состоянии дать ответ насколько это ему нужно и выгодно. Только так и ни как иначе! Очень характерны две вещи, которые имеют место в Туле, как отклики делового мира на эти предложения. Это или полное молчание, или стремление решить свои чисто деловые проблемы, таким образом. Молчание объяснимо просто: они сами не знают, что им с этим делать и просто не могут дать ответ. А стремление решить свои проблемы (развить свой уже сложившийся бизнес) не имеют ничего общего ни с туризмом, ни с культурным наследием. Если мелкий предприниматель, делающий значки, предлагает открыть в будущем музее-усадьбе свой магазин или мастерскую, это еще совсем не значит, что он хочет, чтобы возродилась эта усадьба, он просто хочет обеспечить сбыт своей продукции, и ему в принципе все равно где ее производить и продавать. 

Мне могут возразить: но ведь разработать проект восстановления усадьбы может и сам предприниматель, взявший усадьбу в аренду. И при этом он также может опереться на уникальность территории. Есть же, например, удачный опыт создания в Одоеве музея филимоновской игрушки. Да, есть. Но не следует думать, что этот опыт универсален и может быть применен в отношение усадеб. Если бренд «филимоновская игрушка» лежал на поверхности,  и всего навсего был удачно использован бизнесом, то в усадьбах такого бренда нет. 

Таким брендом, также лежащим на поверхности, могли бы быть, например, имена великих писателей и художников. Но эти имена давно уже используются федеральными музеями и когда говорят о тульских усадьбах, то вспоминают именно об усадьбах, давно уже ставших федеральными музеями. Разумеется, можно отдать финансирование по «Русским усадьбам» федералам. Учитывая высокий профессиональный уровень этих музеев, можно не сомневаться, что достойный и востребованный турпродукт будет. Но ведь задача же не в том, чтобы еще более развить уже развитое, а в том, чтобы вернуть к жизни забытое и разрушающееся. 

Словом, «бренд» надо искать,  и искать довольно долго и целенаправленно. А без этого поиска всегда есть соблазн просто придумать какую ни будь «фишку» для усадьбы часто на пустом месте. Такое придумывание очень опасно вообще для объекта культурного наследия и для усадьбы тем более. У нас же есть, например, желание владельцев «Золотого города» взять веневскую усадьбу фон Мекков. Но что они там смогут сделать? Открыть там еще один буддистский центр? Или придумать для этой усадьбы какую - нибудь новую историю? Нет ни какой уверенности в том, что эти новые арендаторы или владельцы возьмутся за тщательное изучение и анализ истории усадьбы. Для этого у них просто нет времени и нет смысла тратить на это деньги. В такой ситуации путь восстановления усадьбы становится очевидным. Очевидным м неприемлемым. Если уже и решаться отдавать бизнесу усадьбы, то с непременным контролем за их восстановлении, при условии представления предпринимателем концепции и проекта восстановления и использования усадьбы. Эти документы обязательно должны быть подвергнуты экспертизе специалистов и общественно обсуждены. Только тогда можно решиться на такую передачу. 

Наши руководители, стремясь как можно скорее отрапортовать о реализации программы «Русские усадьбы», слишком уж лихо перескакивают первый подготовительный этап - этап разработки проектов и концепций. А без этого этапа не получится современного, уникального турпродукта, ради которого туристу и следует ехать в Тульский регион. Разработать концепции возрождения усадеб должны не министры и зам губернаторов, а специалисты - профессионалы. И уж во всяком случае, не за неделю до очередного совещания. Работа над этими концепциями не должна вестись путем экстра ординальных поручений, а путем создания действующего на постоянной основе учреждения (бюро, агентства, отдела, центра, как угодно). Только это может гарантировать глубину и научную объективность этой разработки. Также должно быть осуществлено экономическое обоснование выработанных решений и поиск путей их технического решения, финансового обеспечения, инвестирования. Без такой проработки концепции так и останутся фантазиями и не дойдут до стадии проекта. Равно как и попытки решения проблемы инвестирования и прочих проблем финансирования без концепции никогда не увенчаются успехом. И касается это, конечно, не только «Русских усадеб», но и всех других наших предложений в области туризма. Для того чтобы Тула стала туристическим регионом надо работать, работать много конкретно и долго, работать всем и не пытаться решить вопрос одним наскоком в рекордно короткие сроки. Так не получится».

Комментарии

Мы в соцсетях Вконтакте facebook Одноклассники
16 +
Создание сайтов реклама в Туле
Наверх