Фотография предоставлена пресс-службой музея-усадьбы Л. Н. Толстого «Ясная Поляна».

 

В этом году народный артист России Константин Райкин и студенты его мастерской – второкурсники актерского факультета «Высшей школы сценических искусств» – привезли в Ясную Поляну насыщенную двухдневную программу, состоящую из представлений совершенно разных жанров.

Худрук «Сатирикона» Константин Аркадьевич Райкин считает, что задача его Школы – не просто дать студентам профессию, а «заразить театром, чтобы это дело стало образом жизни, способом существования, способом познания действительности, не службой, а служением, сродни религии…». Профессор хорошо помнит, как сам ступил на актерскую стезю, как пытался уйти от предопределенности – ведь в семье всё было связано с театром – и какой высокий уровень требований предъявлял к себе. Теперь он внедряет это в школе.

- Константин Аркадьевич, Ваши студенты показывают не просто спектакли, а личные фантазии, наблюдения, интервью. Насколько велик процент самостоятельности в этих работах?

- Ребята показывают спектакли, сделанные исключительно на их собственных фантазиях. Если студент не приносит идей, то мы с ним расстаемся. Другое дело, что потом мы как-то их корректируем, что-то советуем. Не репетируем, работаем на уровне замечаний.

Нынешнее поколение трудное: ребята очень одаренные, но глубины воображения порой не хватает. Здесь нет их вины. Вот эта штучка (показывает на смартфон) делает молодежь жертвой кратких содержаний. Поэтому мы просматриваем тысячи этюдов, чтоб выбрать из них что-то, заслуживающее внимания. Но повторюсь, это их авторские работы и их личные фантазии.

- Какие ученики Вам интересней? Обаятельные, дерзкие, талантливые, трудолюбивые…?

- Одно другого не заменяет. Не может быть такого, что я взял кого-то за дерзость. Талант и обаяние тоже нельзя выделять отдельно. Обаяние – составная часть таланта. А без таланта невозможно и бессмысленно заниматься. Просто талант – тоже вещь необходимая, но недостаточная. Нужны еще какие-то качества, свойства характера. Я пытаюсь догадаться о них во время вступительных экзаменов, но всего предсказать невозможно. Поэтому, к сожалению, бывают и ошибки. Только потом в работе узнаешь, как человек устроен и насколько годится.

- Так что же Вы, как преподаватель, видите изначально?

- Изначально можно понять степень дарования. В этом ошибиться сложно. Но если выяснится, что при высоком уровне дарования человек не обладает необходимыми чертами характера, то придется с ним расстаться.

- Первый выпуск «Высшей школы сценических искусств» состоялся в 2017 году. Как сложилась его актерская судьба? Сохранилась ли связь с бывшими учениками?

- Это был замечательный курс, исключительно удачный. Больше половины выпускников я взял в театр, где они сейчас и работают.

- Вас и Ваших воспитанников всегда встречают радушно, а провожают с благодарностью. Есть ли секрет актерского пути к сердцу зрителя, и как студенты его постигают?

- Это просто отдача. Во-первых, я считаю, что мы хорошо их учим – так же, как некогда учили меня. А во-вторых, они много работают.

Секрет, конечно, есть, но он разочаровывающий. Что такое секрет? Это нечто, что поможет ленивому человеку быстро и легко достичь успеха. Так вот, быстро и легко не бывает. Весь секрет в том, что надо трудно и долго работать.

- Ежегодно в Ясной Поляне проводится большой театральный фестиваль, на котором показывают разный творческий подход к произведениям Л. Н. Толстого. Хотели бы Вы когда-нибудь обратиться к творчеству Льва Николаевича? Что бы Вы поставили? Может есть такая мечта?

- Что значит мечта? Я не мечтатель, а делатель. Мечтать можно, будучи ребенком. Взрослый подход иной. Хочешь? Делай!

Лев Николаевич – не просто один из любимых писателей, а один из самых важных для меня.

Были мысли и предложения по поводу «Смерти Ивана Ильича», когда-то читал фрагмент из «Войны и мира», который мне очень нравился… Но всерьез и профессионально с Толстым мы, к сожалению, не соприкасались. Думаю, что когда-нибудь это произойдет. Пока же он остается просто одним из самых важных для меня писателей.

- В одном из интервью Вы говорили: «если ты преследуешь высокую цель, хочешь заниматься саморазвитием, то театр — это самая благотворная почва». А где Вы находите идеи и вдохновение для постоянного саморазвития?

- Встречаю их в жизни. Это не только положительные, но и отрицательные вещи. Они трогают – восторгают или возмущают – и рождают желание высказаться. По-разному бывает. Вижу какие-то произведения, читаю литературу, наблюдаю работу своих коллег…

- То есть все, что вызывает эмоции?

- Да-да, именно так. Все, что заставляет тебя реагировать, осмыслять и переосмыслять. Это и произведения искусства, и сама жизнь. Например, одно из вдохновляющих мест – Ясная Поляна.

- Стихотворения любимых поэтов у Вас сложились в несколько версий программы, которую Вы называете «спектаклем своей жизни». Как авторам из разных стран и веков удается «договориться» между собой в композициях?

- Я не задаюсь этим вопросом. Раз они меня такого единого как-то волнуют, значит как-то и договариваются. Не считаю нужным это анализировать или объяснять. Выхожу и читаю. Главное – спектакль находит отклик в зале.

Сегодня я читал Пушкина и Давида Самойлова. В другом варианте – Мандельштам, Лопе де Вега, Заболоцкий. Хм… Действительно разные…

- А как выбираете, что читать именно сегодня?

- Выбираю то, что попадает.

- В настроение?

- Нет. Это не вопрос настроения. Это вопрос человеческого строя. Посудите, в каком настроении может не нравиться Пушкин? Как я могу не любить Заболоцкого? С ними связана моя жизнь. Это мой вкусовой ряд. Так сложилась и выстроилась моя личность.

- К какой мысли Вы ведете зрителя в своем спектакле?

- У меня есть убеждение, что все мировое искусство несет в себе мысль о человеке как о высшей ценности. В нашей стране особенно необходимо внедрять ее постоянно.

Человеческая ценность – личность, жизнь, творчество, свобода – это и есть самое интересное. Это ценнее всех денег и политических убеждений. Про это все говорят, это декларируется и никогда не соблюдается. Но самое ужасное, что люди с этим смирились.

В нашем обществе главенствует то, что «над» человеком – регалии, звания, деньги, должности. Просто человек никому не интересен. Это несправедливо и постыдно. Если хотите, то в этом и есть главная цель – разрушить бездушную и неприступную крепость.