В феврале 1918 года в оружейной столице произошла трагедия для многих верующих и тульского духовенства – расстрел крестного хода. Этому тяжелому событию нашей истории посвящено исследование Игоря Аркадьевича Родинкова.

Об авторе

Игорь Аркадьевич Родинков – тульский историк, участник краеведческого клуба «Венёвский уезд», автор нескольких книг, среди которых «Держава Рюриковичей», сборник «Уроки Смутного времени», военно-исторические календари. Один из «отцов-основателей» и первый завуч воскресной школы при храме святого Александра Невского. Книги И.А. Родинкова представлены на портале ЛитРес.

Расстрел крестного хода в Туле

15 февраля 1918 года

Временное правительство, близкое к масонским ложам, в частности к «Великому Востоку народов России», за свое почти 8-месячное правление не решило ни одной из животрепещущих проблем России, перекладывая все на будущее Учредительное собрание. Не было принято ни одного важного закона, зато принимались бессмысленные декларации типа «Декларации прав солдата», окончательно развалившие русскую армию. В результате в октябре 1917 года власть в России захватили большевики, пока в союзе с левыми эсерами и анархистами. Новая власть – советская власть – за четыре месяца приняла столько законов и декретов, что буквально перевернула все устои русского православного мира. 

Среди таких декретов мы особенно выделим Декрет Совнаркома от 23 января по ст. ст. 1918 года об «Отделении церкви от государства». Вот его статьи:

  1. Церковь отделяется от государства.
  2. В пределах Республики запрещается издавать какие-либо местные законы или постановления, которые бы стесняли или ограничивали свободу совести или устанавливали какие бы то ни было преимущества или привилегии на основании вероисповедной принадлежности граждан.
  3. Каждый гражданин может исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Всякие праволишения, связанные с исповеданием какой бы то ни было веры или неисповеданием никакой веры, отменяются.

Примечание. Из всех официальных актов всякое указание на религиозную принадлежность и непринадлежность граждан устраняется.

  1. Действия государственных и иных публично-правовых общественных установлений не сопровождаются никакими религиозными обрядами или церемониями.
  2. Свободное исполнение религиозных обрядов обеспечивается постольку, поскольку они не нарушают общественного порядка и не сопровождаются посягательствами на права граждан Советской Республики.

Местные власти имеют право принимать все необходимые меры для обеспечения в этих случаях общественного порядка и безопасности.

  1. Никто не может, ссылаясь на свои религиозные воззрения, уклоняться от исполнения своих гражданских обязанностей.

Изъятия из этого положения, под условием замены одной гражданской обязанности другою, в каждом отдельном случае допускаются по решению народного суда.

  1. Религиозная клятва или присяга отменяется.

В необходимых случаях даётся лишь торжественное обещание.

  1. Акты гражданского состояния ведутся исключительно гражданской властью: отделами записи браков и рождений.
  2. Школа отделяется от церкви.

Преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях, где преподаются общеобразовательные предметы, не допускается.

Граждане могут обучать и обучаться религии частным образом.

  1. Все церковные и религиозные общества подчиняются общим положениям о частных обществах и союзах, и не пользуются никакими преимуществами и субсидиями ни от государства, ни от его местных автономных и самоуправляющихся установлений.
  2. Принудительные взыскания сборов и обложений в пользу церковных и религиозных обществ, равно как меры принуждения или наказания со стороны этих обществ над их сочленами, не допускаются.
  3. Никакие церковные и религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют.
  4. Все имущества существующих в России церковных и религиозных обществ объявляются народным достоянием.

Здания и предметы, предназначенные специально для богослужебных целей, отдаются, по особым постановлениям местной или центральной государственной власти, в бесплатное пользование соответственных религиозных обществ».

Таким образом, декрет устанавливал светский характер государственной власти, провозглашал свободу совести и вероисповедания. Однако он лишал религиозные организации каких-либо прав собственности и прав юридического лица. Декрет заложил основы для развёртывания атеистической пропаганды и атеистического воспитания.

Составляли декрет Пётр Стучка – нарком юстиции, Анатолий Луначарский – нарком просвещения, Пётр Красиков – член коллегии Народного комиссариата юстиции, Михаил Рейснер – известный юрист, профессор права Петербургского университета, Михаил Галкин – петроградский священник. Декрет был подписан председателем Совнаркома В.И. Ульяновым (Лениным), а также Народными комиссарами: Подвойским, Алгасовым, Трутовским, Шлихтером, Прошьяном, Менжинским, Шляпниковым, Петровским и управляющим делами Совета Народных Комиссаров Вл. Бонч-Бруевичем.

Вскоре после принятия декрета об «Отделение церкви от государства», а именно 26 января (8 февраля) 1918 года, большевики за подписью В.И. Ленина приняли еще один антирелигиозный декрет – о переходе на новое летоисчисление. Декрет назывался «О введении в Российской республике западноевропейского календаря». В нем говорилось: «В целях установления в России одинакового почти со всеми культурными народами исчисления времени Совет Народных Комиссаров постановляет ввести по истечении января месяца сего года в гражданский обиход новый календарь. В силу этого. Первый день после 31 января сего года считать не 1-м февраля, а 14 февраля, второй день – считать 15-м и т. д.».

 

***

 

Верующие люди, коих на тот момент в России было большинство, негативно восприняли эти декреты советской власти. И в знак протеста на праздник Сретения Господня 2 (15) февраля 1918 года почти во всех губернских городах России было решено провести крестные ходы. Этому способствовала и твердая позиция патриархии. Патриарх Московский и всея Руси Тихон, интронизация которого произошла в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы в 1917 году, уже 1 февраля (19 января по ст. ст.) 1918 г. выпустил послание с осуждением жестокостей большевиков и призывом к защите Церкви.

Возрождение патриаршества на Русской земле произошло в переломный момент русской истории, уже после свержения царской власти, хотя инициатором возрождения патриаршества был именно император Николай II. Избрание Тихона Патриархом Московским и всея Руси происходило в тот момент, когда большевики устанавливали свою власть в России. Его служение пришлось на годы гражданской войны и красного террора. Тихон сразу же понял безбожную сущность советской власти и предал ее анафеме. 

Патриарх Тихон.

В своем послании он писал: «Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело, это – поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей – загробной и страшному проклятию потомства в жизни настоящей – земной.

Властию, данною нам от Бога, запрещаем вам приступать к Тайнам Христовым, анафематствуем вас, если только вы носите еще имена христианские и хотя по рождению своему принадлежите к Церкви Православной.

Заклинаем и всех вас, верных чад Православной Церкви Христовой, не вступать с таковыми извергами рода человеческого в какие-либо общения. Извергните развращенного из среды вашей (1 Кор. 5, 13)... Зовем всех вас, верующих и верных чад Церкви: станьте на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне Святой Матери нашей... А если нужно будет и пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою...

А вы, братие архипастыри и пастыри, не медля ни одного часа в вашем духовном делании, с пламенной ревностью зовите чад ваших на защиту попираемых ныне прав Церкви Православной, немедленно устрояйте духовные союзы, зовите не нуждою, а доброю волею становиться в ряды духовных борцов, которые силе внешней противопоставят силу своего святого воодушевления, и мы твердо уповаем, что враги Церкви будут посрамлены и расточатся силою Креста Христова, ибо непреложно обетование Самого Божественного Крестоносца: Созижду Церковь Мою, и врата адовы не одолеют ее (Мф. 16, 18)».

Естественно, что верные чада Русской Православной Церкви (миряне и клирики) живо откликнулись на призыв Первосвятителя и были полны решимости участвовать в крестных ходах, намеченных на 2 (15) февраля 1918 года.

А какова была позиция центральных и местных властей? Центральные власти промолчали, отдав решение на откуп местным властям. В большинстве же городов местные советы (тогда у большевиков не везде еще было преимущество) решили не трогать крестные ходы, заявив накануне, что в связи с объявлением свободы вероисповедания крестные ходы не запрещаются.

Но были эксцессы. Известно, что в Харькове и Туле против крестных ходов было применено оружие. «Церковные ведомости» сухо сообщали по этому поводу: «2/15 февр. Расстрел крестного хода в Туле. Ранен еп. Корнилий и много других лиц, убито 13 человек, в т. ч. 2 рабочих оружейного завода. Расстрел в Харькове толпы верующих, собравшихся для проведения крестного хода в связи с Декретом и гонениями на Церковь» (Церк. Вед. 1918, № 5, стр. 209).

Попытаемся узнать, что же произошло в Туле в этот прискорбный день?

 

***

 

Начнем с того, что крайне мало печатного материала по истории расстрела в Туле крестного хода на Сретение 1918 года. Еще меньше сохранилось документов по причине их изъятия и уничтожения тогдашней властью. Мне на глаза попалось только два печатных издания на эту тему. Это статья Людмилы Захаровой «Расстрел. Крестный ход в Туле. Год 1918-й» в Тульских епархиальных ведомостях за 2000 год и одна страница из исследовательской работы Алексея Панина «Религиозная жизнь в провинции. Очерки по истории религии в Тульском крае», напечатанной в Туле в 2010 году.

Для начала проследим жизнь тульской провинции в переломном для нашей страны 1917 году.

После Февральской революции власть Временного правительства довольно-таки быстро перебросилась в провинции. На местах были упразднены должности губернатора, военного губернатора и вице-губернатора. Вместо царской администрации Временным правительством были учреждены должности губернских, городских и уездных комиссаров. Их права были не определены. Только 19 сентября 1917 года Временное правительство утвердило положение «Об губернских и уездных комиссарах». Комиссаром Тулы стал некий С.Р. Дзюбин. В Туле был создан также Тульский губернский исполнительный комитет общественных организаций, состоящий из представителей общественных, рабочих и военных организаций.

3 марта 1917 г. органами новой власти были арестованы тульский губернатор Александр Николаевич Тройницкий, вице-губернатор В.Н. Шеншин и полицмейстер Давыдов.

Тульский губернатор Александр Николаевич Тройницкий.

В этот же день в здании городской Думы собрались около 150 делегатов от оружейного и патронного заводов. Они объявили о создании нового органа власти – Тульского Совета рабочих депутатов. 5 марта был образован Совет солдатских депутатов. Впоследствии эти Советы слились в единый представительный орган.

В первом составе Тульского Совета рабочих и солдатских депутатов преобладали меньшевики и эсеры. Большевики имели лишь 13 депутатских мандатов из 350. Эсеро-меньшевистский Совет вынес постановление о том, что его решения имеют лишь моральную силу. Реальные властные функции были переданы органу Временного правительства – губернскому исполкому общественных организаций.

Февральская революция дала импульс развитию земской системы управления. Председатели земских управ были назначены полномочными представителями Временного правительства на местах. На основе всеобщего прямого и равного голосования состоялись выборы в земства всех уровней, что привело к значительному обновлению их состава. Среди гласных появилось немало представителей демократической интеллигенции.

Нарастание радикальных настроений в обществе отражалось на изменениях в составе Совета. На выборах, прошедших в мае 1917 года, большевики получили уже 44 депутатских места из 450. Но явное большинство в Совете по-прежнему принадлежало меньшевикам и эсерам. В июне 1917 года Совет одобрил приказ Временного правительства о наступлении на фронте и запретил антивоенные демонстрации в Туле. Это решение привело к снижению авторитета Совета среди рабочих и солдат. 

Пехота на марше. Почтовая карточка.

Тульские большевики развернули кампанию за переизбрание меньшевистско-эсеровского Совета. В результате выборов, состоявшихся в октябре 1917 года, большевистская фракция увеличилась до 109 депутатов. Меньшевикам и эсерам в новом составе Совета в общей сложности досталось 150 мест. Это задержало на полтора месяца установление Советской власти в Туле после восстания в Петрограде.

На пленуме Тульского Совета 30 октября меньшевистско-эсеровское крыло отклонило большевистскую резолюцию о признании Советской власти. Формально руководящим органом оставался губернский исполком. Однако большевики добились успеха: председателем Совета был избран тульский большевик А.И. Кауль. 

А.И. Кауль

В ноябре большевики добились введения выборности командного состава в частях гарнизона. В Туле стояли 76-й и 77-й запасные полки, которые стали пробольшевистскими. Красная гвардия в Туле насчитывала до 250 бойцов.

На прошедших в ноябре выборах в Учредительное собрание за большевиков в Туле проголосовало 34% избирателей (на выборах в Городскую думу – всего 5%). В целом по губернии за большевиков было подано 44,1% всех голосов, за эсеров – 47,5%. Больше половины голосов избирателей получили большевики в Веневском, Епифанском, Каширском и Новосильском уездах.

Состоявшиеся в конце ноября перевыборы Советов солдатских депутатов показали, что большевики достигли решающего перевеса. Успешными для этой партии оказались и прошедшие 2 декабря выборы в Совет от мелких предприятий Тулы. Все это позволило большевикам взять под контроль Совет рабочих и солдатских депутатов.

На заседании пленума Тульского Совета рабочих и солдатских депутатов 7 (20) декабря 1917 г. большевистская фракция приняла резолюцию о переходе продовольственной политики в губернии в руки Совета. Меньшевики и эсеры безуспешно пытались сорвать принятие этой резолюции. Их предложение сделать перерыв было отклонено большинством. Тогда правые эсеры и меньшевики покинули заседание, после чего пленум Совета принял решение об установлении в Туле и губернии Советской власти. Был организован Военно-революционный комитет Совета во главе с А.И. Каулем и Г.Н. Каминским. 

Г.Н. Каминский

В воззвании Совета и ВРК «К рабочим, солдатам и крестьянам Тулы и Тульской губернии» объявлялось: «Тульский Совет рабочих и солдатских депутатов на заседании своем от 7 декабря отныне объявляет себя единственной властью в Туле и Тульской губернии и берет дело продовольствия в свои руки!.. Отныне в Туле установлена одна власть, общая со всей Россией, власть Советов, власть революционных рабочих, солдат и крестьян.

Кто не с нами, кто не признает власти Советов, рабоче-крестьянской власти, тот враг народа, враг революции. Да здравствует власть Советов, власть рабочих, солдат и крестьян! Да здравствует рабоче-крестьянская революция!».

Вскоре в Туле и губернии была ликвидирована власть комиссаров Временного правительства и Губернский исполнительный комитет. Но сохранила свою власть Тульская городская дума.

Собравшийся 31 декабря 1917 г. V Тульский губернский съезд крестьянских депутатов закрепил переход власти к Советам на территории Тульской губернии.

Таким образом, к февралю 1918 года большевики имели перевес в Совете, но уступили меньшевикам, правым эсерам и тульской интеллигенции в Городской думе. В этот момент они имели в своих рядах «две тысячи коммунистов в Туле и более тысячи в уездах».

 

***

 

Что же писали тульские краеведы о событиях 15 февраля 1918 г. в Туле? Как я сказал выше, я нашел две публикации.

Алексей Панин в своей работе «Религиозная жизнь в провинции. Очерки по истории религии в Тульском крае в XX веке писал: «В Туле, в знак протеста против декрета «Об отделении Церкви от государства и школы от Церкви», 15 февраля 1918 года был организован массовый крестный ход. О переходе власти к Советам на всей территории губернии здесь было объявлено 31 декабря 1917 года. К февралю 1918 партия большевиков имела «в своих рядах две тысячи коммунистов в Туле и более тысячи в уездах». Исполнительный комитет Тульских Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов крестный ход воспринял как мятеж против советской власти и контрреволюционный переворот, Тула была объявлена на военном положении. «Прикрываясь именем Христа; и религии, попы и монахи во главе с союзом хоругвеносцев..; пытались во время «крестного хода» устроить смотр своим боевым силам против победоносной революции рабочих, солдат и крестьян и их Советской власти». С помощью вооружённой силы крестный ход был приостановлен и прекращён. На месте было убито несколько участников этой религиозной акции протеста. По официальной справке врача губернской земской больницы, было убито 8 человек. Один красногвардеец и один солдат сводного отряда получили ранения. Современные исследователи считают, что общее количество раненых приближалось к 60. Расстрел крестного хода вызвал возмущение горожан, требовавших суда над виновниками трагедии и создания комиссии в Москве по расследованию трагедии. Этого сделано не было. Таким образом, в Туле вопрос о «взаимном доверии между властью гражданскою церковью» окончательно был решён не в пользу Церкви. Фактически у неё больше не остается возможностей для широкой социальной деятельности в любых формах» 1.

Развернутое представление о событиях 15 февраля 1918 г. в Туле я нашел в статье Людмилы Захаровой «Расстрел. Крестный ход в Туле. Год 1918-й», напечатанной в Тульских епархиальных ведомостях за 2000 год.

Во-первых, автор сетует, что крайне мало документальных подтверждений этого события. Людмила Захарова, будучи работником Государственного архива Тульской области писала: «Документальных подтверждений этому событию не было уже в 1919 г. Не обнаружены они в Госархиве Тульской области и спустя 80 лет ни в фонде «Военно-революционного комитета», ни в фонде «Штаб Тульского отряда сводных революционных войск» – непосредственных участников этих событий. Молчат документы исполкомов, судебных учреждений и духовных ведомств. Как будто кто-то очень испугался суда истории и спешно позаботился о незапятнанности своей репутации» 2.

 

***

 

Что касается архивных документов, то их для удобства можно разделить на государственные, партийные и религиозные. Сама Людмила Захарова из обнаруженных документов приводит лишь справку подотдела информации и связи Тулгубисполкома в Отдел юстиции от 18 июня 1919 года. Вот ее содержание: «2 февраля 1918 г. духовенство в виде протеста против декрета об отделении церкви от государства устроило без надлежащего разрешения Крестный ход из Кремля по городу. Несмотря на запрещение существовавшего в то время ВРК (Тула была на военном положении), ход начался. Для воспрепятствования движению хода были приняты меры посредством вооруженной силы, последствием чего было несколько жертв. Точных сведений об означенном выступлении ни в Губисполкоме, ни в отделе управления не имеется» 3.

Мне не удалось обнаружить материала ни в партийных, ни в духовных документах. Даже в журнале Тульские епархиальные ведомости, еще выходившем в эти дни, ни словом не обмолвились об этих печальных событиях. Что касается протоков Тульского Совета рабочих и солдатских депутатов за 1918 год, то здесь обнаруживается пробел в два месяца. Судите сами. В протоколе от 27 января 1918 г., пока по старому стилю, под председательством А.И. Кауля и секретаре Когане на заседание Совета рассматривались три вопроса:

1) Демобилизация промышленности;

2) Выборы членов Военно-Революционного Трибунала;

3) О событиях на Курском вокзале.

При этом присутствовали 215 депутатов (100 большевиков, 22 левых эсера, 27 правых эсеров, 47 меньшевиков, 2 анархиста, 1 народный социалист и 14 беспартийных). Далее по логике событий следующее заседание должно было проходить, по крайней мере, 30 января, где рассматривался бы вопрос о крестном ходе, намеренном на 2 февраля 1918 г. по ст. ст. и о его запрете, путем введения в городе военного положения и передачи власти Военно-Революционному Комитету во главе с товарищем Куалем. Однако следующий протокол заседания Тульского Совета рабочих и солдатских депутатов датируется только 10 апреля, уже по новому стилю, 1918 года и на нем рассматривается дело по убийству командира продотряда Ф.М. Бундурина крестьянами Новосильского уезда. Следовательно, все протоколы в этом временном промежутке касались расстрела крестного хода в Туле и были изъяты.

 

***

 

Но по счастью сохранились протоколы заседаний Тульской Городской Думы.

На своем заседании от 1 февраля 1918 г. по ст. ст. Дума под председательством товарища председателя Городской Думы А.А. Потемкина (накануне ее председатель С.И. Восленский сложил свои полномочия) рассмотрело вопрос о введении в Туле военного положения. На этом заседании присутствовало 54 гласных из 104 по списку, а так же Голова Городской Управы К.А. Зажурило и товарищ Головы Л.В. Обрезков.

Вот протокол заседания Тульской Городской Думы от 1-го февраля 1918 года:

«Для внеочередного заявления получил слово гласный И.К. Гудзь. Докладчик указывает на то, что Военно-Революционным Комитетом 31 января объявлено военное положение.

Так как за спокойствие в город отвечает Городское Самоуправление, Городская Управа постановила: внести на обсуждение Думы вопрос о введении военного положения.

Гл. Матвъев указывает на то, что за последнее время газеты начали провоцировать религию. Большевики пошли на эту провокацию. Они испугались крестного хода, назначенного на 2 февраля, и объявили военное положение.

С-д, меньшевики, отстаивая свободу совести и право устраивать шествия, считают действий Военно-Революционного Комитета незакономерными и протестуют против них.

Гл. Восленский от фракции с-р. заявляет, что фракция считает, что военное положение объявлено только ради крестного хода; фракция полагает, что военным положением с крестными ходами не борются; такие действия только подрывают идеи социализма. Мы должны заявить, что социалистическая дума не стесняет совести граждан.

Дума вынесла по этому вопросу следующую резолюцию: «Стоя на страже защиты завоеваний революции, свободы совести, собраний и т.д. Дума протестует против объявления г. Тулы на военном положении. Дума усматривает в этом недопустимую в свободной стране попытку подавления свободы совести. Вместе с тем Дума заявляет, что именно насильственное недопущение религиозного шествия может сыграть на руку темным силам и развить контрреволюционное движение. Дума поручает своему председателю немедленно вступить в переговоры с военно-революционным комитетом и предложить последнему не принимать никаких мер к недопущению крестного хода. В случае же отказа со стороны комитета – Дума снимает с себя всякую ответственность за могущие произойти эксцессы и возлагает ее на военно-революционный комитет» 4.

Следующие и последнее заседание Думу состоялось на следующий день, а именно 2 (15) февраля 1918 г. Но судя по протоколам, вопрос о происшедшем в этот день событии не рассматривался. Дума лишь протестовало по поводу ареста в ночь с 14 на 15 февраля директора Тульской казенной гимназии гласного Городской Думы В.И. Ферри.

Этот протест Тульской Городской Думы, либерально-революционной по своей сути (большинство в ней принадлежало эсерам и меньшевикам), против решения Тульского Совета рабочих и солдатских депутатов, где тон задавали большевики, о введении в городе военного положения было по существу не защитой веры. Протест был ради того, что «насильственное недопущение религиозного шествия может сыграть на руку темным силам и развить контрреволюционное движение».

Кончилось все победой Совета, т. е. большевиков. Уже 5 марта 1918 года Дума была объявлена распущенной, а их помещения заняты вооруженным караулом. Вся полнота власти в городе перешла к Исполнительному комитету Тульского Совета рабочих и солдатских депутатов. 

 Окончание следует.